Центральный защитник «Зенита» Матвей Бардачёв, арендованный «Уралом», рассказал о серьёзном заболевании — неврите лицевого нерва. Из-за него у Бардачёва парализовало часть лица.
— Весной я был на взводе: долго не играл, понимал, что я вообще не в форме. Гормональный фон поменялся, я прибавил 10 килограммов и был очень нерасторопный. К тому же я видел, как пацаны прогрессируют, играют. А я на фоне неудачной аренды восстанавливался и не понимал, что со мной будет. Вот все говорят: «кресты», «кресты». Это тоже тяжело, но ты хотя бы понимаешь, как это лечить. А здесь понимания нет. Прихожу к врачу, спрашиваю про сроки, а мне отвечают: «До 10 лет». Думаю: «Ну, замечательно. Мне 10 лет надо лечиться или что?» В мае меня начали подпускать к «Зениту-2», я тренировался с ними. Но нельзя было играть головой, идти в жёсткие стыки. А в июне дали полный допуск, и я начал тренироваться по полной программе. Было немного страшно — боялся играть головой, потому что лицо ещё до конца не прошло. Но уже в июне сыграл первый матч.
— Когда слышал слова про 10 лет, мысли о завершении карьеры появлялись?
— Не буду врать. Конечно, такие мысли были. Сидишь в больнице за городом, где не ловит вай-фай, был абстрагирован от мира. И говорят такие вещи.
— Карьера – карьерой, но за жизнь не было страшно? Так сразу и про инсульт можно подумать.
— Да нет. Не было мыслей, что это может быть инсульт или ещё что-то. Чувствовал себя неполноценным. Все нормальные, а ты ходишь перекошенный, еду жевать тяжело. Обычно ты не думаешь, как ты моргаешь, а в тот период это было для меня успехом, — сказал Бардачёв в интервью корреспонденту «Чемпионата» Александру Ершову.